В одном петербургском доме жил черный жук, на карнизе за чьим-то окном. Вредный жук, с которым никто не дружил. Всю зиму он спал в норке, а весной, когда солнце пригревало блестящую спину, выбирался к оконному стеклу и заглядывал в квартиры. Где-то в конце марта окна открывались, и тогда жук забирался в дом и пугал людей.

Такое у него было любимое вредное занятие. Он дожидался подходящего момента, и внезапно, расправив большие крылья, выпрыгивал из-под укрытия.

Так он напугал дедушку Стёпу, задремавшего в кресле с газетой – спрятался между шелестящими страницами. А однажды выскочил из цветочного горшка, когда свои разноцветные фиалки поливала бабушка Маша. От неожиданности она уронила любимую керамическую лейку – лейка разбилась, а жук обрадовался.

Еще как-то раз он остался ночевать в детской комнате маленького Вани. Малыша уложили спать и поцеловали в теплые щеки мама и папа, а жук вышел из-за шторы и стал расхаживать туда-сюда по стене возле Ваниной кровати. Луна в ту ночь светила особенно ярко, и жук старался наступать в самые широкие дорожки, которые получались на обоях от лунного света. Ваня, конечно, заметил большого жука. Мальчик совсем не испугался, но сон куда-то улетучился. Ваня стал ловить хулигана, хлопая по стене ладошками, встал на подушку, чтобы дотянуться до жука и – бах! – ударился головой о книжную полку. На Ванин плач прибежала мама, а жук, чрезвычайно довольный собой, уполз в складку шторы с вышитыми красными машинками.

Дети редко боялись вредного черного жука – они его ловили, а некоторые пытались прихлопнуть. Порой жуку приходилось сильно потрудиться, чтобы сбежать от чьей-нибудь ладошки. Он старался не иметь никаких дел с детьми, и обычно заходил в гости к людям постарше.

Да, так все и было в его жизни до одного особенного декабрьского утра, когда сильный дождь барабанил по окнам и мешал спать не только жукам.

Жук проснулся от страшного грохота. Вообще-то, он почти никогда не просыпался в зимнее время, разве что в полудреме переворачивался на другой бок. Но в то утро он открыл глаза и, не понимая, приснились ему эти звуки или нет, настороженно прислушался. Тишина. Он потянулся в стороны всеми руками и ногами, громко зевнул и отправился на улицу. Чувствовал себя жук по-весеннему – было солнечно и мокро. Дождь закончился, и огромные капли, медленно отрываясь, падали вниз с карнизов. Жук намочил пятки, заворчал и уселся на самый краешек, там, где было посуше.

Его, петербуржца в тридцать третьем поколении, дождем посреди зимы, конечно, было не удивить. Жмурясь на солнце, жук огляделся по сторонам. Вдалеке, на другом конце широкого карниза что-то лежало. Привыкнув к яркому свету, жук направился к этой большой мохнатой штуке. Он полз очень медленно и осторожно – мало ли, что это там могло быть. Дойдя до середины, жук понял, что бояться нечего – впереди лежала еловая ветка. Толстая, пушистая и очень пахучая. Запах смолы и леса окутал жука, и он словно оказался в далёком детстве, в деревне, где летом гостил у бабушки с дедушкой, летал над озером и ночевал в сосновых шишках.

Он забрался на мокрые иголки и задумался. О чем-то ещё напоминал ему этот запах. Жук пошел вверх по шершавой ветке и вдруг на что-то наступил. Смола. Ну конечно! Так пахнет Новый год! Самый волшебный праздник на свете! Жук вытер лапу, лег и закрыл глаза.

Он вспомнил новогодний вечер в их старой норе над итальянским рестораном на улице Рубинштейна – бабушка несет на подносе жареные семечки, дедушка заваривает ромашковый чай, папа с мамой украшают ёлку желудевыми шляпками… В ту ночь он получил самый драгоценный подарок – каплю застывшей смолы, кристально чистой и прозрачной. Маленький жучок каждый день смотрел в нее, как в зеркало – ждал, когда окрепнут черные крылья, и он сможет летать далеко-далеко и разглядывать землю с высоты старого дуба.
“Крылья – это свобода”, – говорил папа.

Жук вздохнул и открыл глаза. Интересно, откуда взялась тут эта ветка? Наверное, она упала сверху и разбудила его. Этажом выше была квартира, в которой давно никто не жил. Но сейчас оттуда шел какой-то пар. Жук поднялся наверх – окно было открыто, за ним остывала тарелка с манной кашей, а с подоконника свисали свежие еловые ветки.

Манная каша! Больше всех каш на свете жук любил манную. Из каждой кухни он старался утащить хотя бы парочку сырых крупинок в свою норку. Всего несколько раз ему посчастливилось оказаться за чьим-то маннокашевым завтраком – о, с каким удовольствием нырял он в тёплую молочную манку и жадно ел с той стороны, где совсем недавно растаял кусочек масла!..

Жук услышал, как у него заурчало в животе. Хорошенько разбежавшись, он ловко запрыгнул на край тарелки, и тут же к ней протянулась чья-то рука. Молодая женщина закрыла окно и понесла тарелку к столу. Жук изо всех сил держался за край, чтобы не упасть в горячую кашу. Наконец тарелку поставили на стол. Жук огляделся: по кухне туда-сюда бегали люди с коробками в руках. Должно быть, родители девочки, громко плачущей у остывающей каши.

– Не хочу эту кашу! Она горячая!, – девочка сидела за столом в оранжевом детском стульчике и стучала ногами.

– Я добавлю молока и она сразу остынет, – мама оставила на полу открытую коробку с мандаринами и пошла к холодильнику.

Жук испугался, что его заметят, и с головой нырнул в манку. Каша была теплая. Жук почувствовал, что тарелка наполняется прохладным молоком. Он высунул голову, чтобы набрать воздуха, но молочный поток ударил его и он стал тонуть. Жук старался плыть, быстро шевеля лапами, но сил оставалось все меньше. В детстве папа учил его: “В воде крылья не помогут. Крылья это свобода, но сила – в твоих ногах. Ты должен уметь выбраться из быстрой реки или грязного болота. Даже если ты на дне – толкай его и плыви”.

Жук оттолкнулся от стенки и выпрыгнул на поверхность. Не успев отдышаться, он замер в ужасе: девочка смотрела прямо на него. Она перестала плакать и потянулась рукой в его сторону.

“Это конец”, – подумал жук.

Когда-то, ткнув пальцем в блестящую спину, человек сломал ему правое крыло. Жук, не умеющий летать – жалкое зрелище. Знакомые насекомые перестали звать слетать вместе за ягодами, друзья-парашютисты уезжали на соревнования без него, и даже до любимой деревни ему было не добраться. Несколько месяцев он прятался в норке, а потом придумал себе занятие – пугать злых и противных людей.

Жук зажмурился, ожидая самого худшего, но что-то аккуратно подняло его вверх над тарелкой. Открыв глаза, он увидел, что лежит у девочки на ладони.

– Не бойся, – прошептала она и поднесла ладошку близко-близко к своим огромным синим глазам, – я тебя спасла. Ты был таким храбрым и сильным!

– Что это там у тебя?, – к девочке наклонился папа и жук снова похолодел от страха.

– Папа, я спасла жука! Смотри, какой он хорошенький! Он чуть не утонул в моей каше! Пожалуйста, давай оставим его у нас? Он будет жить в какой-нибудь коробочке!

– Малыш, ты помнишь, что сегодня Новый год? Этот жук наверняка оказался тут случайно. Только представь, как он напуган. Наверное, его ждут дома. Давай отпустим его в окно.

У девочки на глазах появились круглые слезы, такие большие, что жук увидел в них себя. Она сказала шепотом:

– Я загадаю, чтобы ты ко мне вернулся!

Папа открыл окно и, подняв дочку на руки, сказал:

– Ну, отпускай.

Девочка раскрыла ладошку, и жук скатился на карниз. Он смотрел, как малышка прильнула к окну – от ее дыхания на стекле оставались белые пятнышки, а нос смешно сплющился.

Она, кажется, что-то ему говорила.

Жук спустился на свой этаж – ветки уже не было. Должно быть, ее унесло ветром. Начался снег. Жук смотрел на падающие снежинки и шел домой. Уставший, пробрался в свою норку и улёгся на кровать, собранную когда-то из сухих листьев. Вдруг он вскочил и стал что-то искать. Он перерыл все листья и перебрал палочки, вытряхнул одеяло из старой паутины и стал двигать камни, служившие креслами. За одним из них лежал свёрток. Жук смахнул пыль с выцветшей газеты, развернул ее и достал капельку смолы. Смеркалось, но солнце ещё проникало в нору. Жук поставил капельку в солнечный луч и внимательно посмотрел на своё отражение. Он улыбнулся сам себе и, взвалив смолу на спину, вылез из норы.

“Хоть бы они открыли окно”,- подумал жук и почувствовал что-то хорошее.

Вика Смирнова

Получите бесплатно

Волшебный планер-помощник для всей семьи

То, что только тянуло силы, может внезапно оказаться ресурсом...

You have Successfully Subscribed!

Subscribe To Our Newsletter

Join our mailing list to receive the latest news and updates from our team.

Как появился цикл
«Когда быть родителем сложно»

3 августа 2015 года психолог Людмила Петрановская прочитала в «Большой Медведице» лекцию о родительском выгорании, которая отозвалась в сердцах тысяч мам по всему миру.

Ту лекцию мы назвали «Мама на нуле». Эти два слова сняли табу с темы родительской усталости и выпустили на свободу чувства, которые мешали мамам быть, прежде всего, живыми.

Так выглядела обложка к циклу

Скриншот поста от 3 августа 2015 года

С тех пор мы возвращались к теме родительского выгорания снова и снова — поддерживая и обнимая родителей в трудные моменты и в непростых ситуациях.

Наш главный редактор Анна Куусмаа вместе с Людмилой Петрановской стали соавторами книги «Мама на нуле. Путеводитель по родительскому выгоранию».

В помощь родителям мы подготовили два онлайн-цикла о сложных переживаниях в родительстве с психологом Любовью Тихомировой — «О внутренних чудовищах» и «Мама на Луне».

Создали группу поддержки «На ручки. Обнимательная для родителей», которая объединила более 5,5 тысяч участников по всему миру.

Однако мир чувств, эмоций, неподконтрольных реакций, мир отношений с собой и с близкими огромен и разнообразен. А потому чем больше у нас как родителей вариантов поддержки, тем легче и… радостнее:)

Вопросы остаются, но это не значит, что невозможно найти ответы

Каждый день мы слышим просьбы о помощи от родителей детей самого разного возраста.

  • Как быть, если ребенок уже подрос, хлопот, вроде бы, стало меньше, а временами по-прежнему бывает крайне сложно справиться со своими эмоциями, адекватно отреагировать на поведение ребенка или сложную ситуацию?
  • Как быть, если знаешь и понимаешь: «чтобы отдавать заботу ― нужно сначала наполнится самим», но на деле качественно восполнять собственный ресурс не получается? Если слишком сложно выделить время на себя или если усталости, раздражения, тревожных мыслей не становится заметно меньше даже после «отдыха»?
  • Что делать, если сложно выдерживать оценку родительских способностей или ребенка от посторонних? А если в моменте теряешься, а потом долго переживаешь? Как перестать сравнивать себя и ребенка с другими?
  • Почему родные «не видят», когда нужна их помощь? Как научиться договариваться с близкими, если взгляды на воспитание у всех разные?

Все эти вопросы (и многие другие) мы вместе с другими родителями задавали психологу, которому, без лишней скромности, больше других доверяют сегодняшние мамы и папы. Психологу, с очной лекции которого 5 лет назад началась история «Большой Медведицы».

Специально для слушателей нашей Школы Людмила Петрановская создала новый онлайн-цикл «Когда быть родителем сложно».

Этот цикл не только про возможное выгорание и не только для начинающих мам.
Мы двигаемся на другой уровень и смотрим шире,
чтобы:

  • увидеть более глубокие связи, которые влияют на наше отношение к различным ситуациям в родительстве и, соответственно, на наше поведение;
  • понять, в какие «пробоины» ― внутренние установки ― утекает наш родительский ресурс, и научиться их «обезвреживать»;
  • разобраться, что конкретно делать, если отношения с ребенком или близкими не ладятся.

Присоединяйтесь!

You have Successfully Subscribed!